Не секрет, что сегодня прилавки магазинов пестрят громкими, многообещающими названиями и горами литературы, видеоуроками йоги, популярность которой с каждым годом только растет. О просторах рунета можно и не упоминать.

Но многообразие выбора литературы не делает йогу понятнее, а скорее ставит в тупик: взгляды, определения терминов, установки разных авторов различаются чуть ли не с точностью до наоборот!

Сергей Михайлов

Чтобы расставить-таки все на свои места, мы обратились к ученику самого Айенгара, главе Российской Ассоциации йоги Айенгара, преподавателю с 20-летним стажем Сергею Михайлову.

— Сергей Владимирович, по-вашему, есть ли установленное время для занятий йогой? Скажем, минимум?
— Вообще, «хочу» определяет «могу». Если человек хочет, он найдет время для занятий. Если он сомневается, то всегда найдет причину для того, чтобы его избежать, отложить. В таких случаях лучше записаться в центр и заниматься там, потому что групповые занятия тем и хороши, что есть назначенное время, определенная периодичность и знающие люди.

В целом важно учитывать, что утром у человека больше сил, но тело жесткое, и это может стать помехой для занятий. К вечеру сил меньше, однако тело более мягкое и пластичное – упражнения даются легче. Но самое главное здесь – воля. Хатха-йога переводится как йога воли, и ее нужно воспитать для того, чтобы приступить к практике. В конечном итоге, не имеет значения, в какое время и как долго нужно заниматься – все определяется желанием прогрессировать. Для новичка полчаса в день – очень хорошо. Если заниматься в центре, то здесь уроки длятся полтора часа – мы советуем посещать занятия два раза в неделю. Но это не догма, право выбора всегда остается за вами.

— Вы упомянули хатха-йогу. В разных источниках даются разные объяснения ее популярности в Европе и России. Это связано с тем, что она имеет меньшее, чем другие школы йоги, отношение к иной религии или дело в другом?
— Это очень длинный вопрос. На Западе действительно есть странное деление йоги на хатха-йогу, раджа-йогу и так далее. Существует и такое понятие, как классическая йога – традиционная йога, сохранившаяся до наших дней в трудах мудреца Патанджали. Она цельна, неделима. У нас есть условное деление йоги, и в число ее школ входит и хатха-йога. Она ассоциируется с выполнением асан, поз, физическими упражнениями.

Поскольку западные люди – приверженцы физкультуры, фитнеса, им это ближе, но и цели связаны с улучшением преимущественно физического состояния. Отсюда – несколько искаженное восприятие йоги в целом. На самом деле, йога – целостная философская система, и она не ограничивается физическими упражнениями.

Что касается вопроса о религии, то йога никогда не подразумевала под собой никакой определенной конфессии. Дух, высшая душа – составляющие части йоги, но не привязанные к религии, иудаизму или индуизму, церкви. Любой человек может заниматься классической йогой вне зависимости от вероисповедания.

— Понятие йоги Айенгара тоже истолковывается по-разному. Все же это метод, разновидность хатха-йоги или одна из ее ступеней?
— Я бы сказал, что это метод. Ее можно назвать хатха-йогой, если учитывать, что здесь выполняется очень много асан и пранаям. Самосовершенствование начинается именно с тела как инструмента, при помощи которого мы совершаем те или иные поступки. Если совершать их правильно, то тогда их можно назвать благими. И йога Айенгара – один из методов самосовершенствования.

Вообще, йога Айенгара – это классическая йога, которая своими корнями восходит к йоге Патанджали. Но условия, в которые жил мудрец Патанджали (300 лет до н.э.), и условия, которые есть сейчас – разные. Айенгар нашел подход к современному человеку, обучая людей классической йоге иным, более подходящим методом.

— Можно ли сказать, что медитация – составная часть йоги?
— В зависимости от толкования. Медитация – западное слово с латинскими корнями. Сегодня мы видим различия в понимании этого термина. Вообще, в йоге такого понятия нет, оно заменяется тремя составляющими йоги: тхарана, тхияна, самадхи – это определенные состояния ума, отличающиеся от состояния ума обычного человека. Ум у человека достаточно быстрый, но рассеянный: сейчас мы думаем об одном, секунда – и мысли уже о другом, о третьем…

В современном мире принято считать, что быстрый ум – это достоинство, но с точки зрения йоги это считается проблемой. Процесс движения человека от сосредоточения к концентрации, от концентрации к абсорбции (созерцанию) меняет состояние ума полностью: он возвращается на свое место и становится адекватным. Появляется совершенно иное восприятие ума. Сейчас люди многое называют медитацией: будь то расслабленное состояние, созерцание природы, отдых.

Что касается йоги Айенгара, то в ней нет отдельного класса медитации, ни тем более тхараны, тхияны, самадхи. Трансформация ума здесь приходит исподволь: в большей степени это дисциплина и собранность ума. Ум, как и тело, нуждается в дисциплине, в противном случае он начинает рассеиваться, «падать внутрь», что ведет к его крайним состояниям: либо к депрессии, либо к агрессивному, ажиотированному состоянию. Йога стремится к тому, чтобы сбалансировать все эти процессы.

— Считается, что возрастных ограничений для занятий йогой нет. Но ведь с возрастом человек теряет гибкость и пластичность?
— Во многих работах по йоге говорится о том, что заниматься ей может как молодой, так и пожилой, как здоровый, так и человек с проблемами со здоровьем. Здесь важно учитывать особенности каждого человека, подбирая частоту, уровень сложности и интенсивность упражнений. Что касается детей, то можно начинать практиковать в 6-7 лет, когда у них появляется некое самосознание.

— Но ведь сейчас на прилавках куча литературы о йоге для самых маленьких, для младенцев?
— Да, это пришло к нам с Запада. В Америке придумали даже новое словосочетание – «бейби-йога». Это неправильно, нарушает естественные процессы. Тело младенца очень мягкое, но это связано не с гибкостью, а со слабостью. Велика вероятность нанести ребенку травму, в худшем случае повредить нервную систему. Человек может вырасти либо экстремалом, либо будет испытывать частые эмоциональные перепады – депрессию, агрессию. К такого рода литературе следует относиться с осторожностью – это всего лишь дань моде. С целью привлечь покупателя йогой называют все что угодно.

— А может ли классическая йога оказаться опасной для здоровья?
— Конечно, вероятность получения травмы есть, как есть и в обычной жизни. Это происходит чаще всего из-за неразумности практикующихся. Вероятность получения травмы при занятиях в классе минимальна. Для этого существует деление на различные уровни сложности. Если это не касается поведения, а связано со здоровьем, то ученики должны заранее поставить в известность преподавателя.

— Существуют ли определенные диеты, особый рацион и насколько важно их придерживаться?
— Этот вопрос очень волнует новичков. Известно, что 99% людей, посвятивших себя йоге, – это вегетарианцы. Это делается как из этических, так и из практических соображений. Новичкам мы никогда не советуем от чего-то отказываться: если практика ставится во главу угла, то рано или поздно они придут к этому сами. Важно избегать крайностей: вредно как переедать, так и недоедать.

Мнение о пользе голодания в практике йоги – ошибочно. Считается, что тело становится более пластичным и легко принимает различные позы. На самом деле это происходит от слабости, действующей как анестезия: мы теряем чувствительность, но как мы будем чувствовать себя после и принесет ли это пользу организму – уже другой вопрос. Постепенно вкусы меняются, потому что в вегетарианской и молочной пище меньше шлаков и токсинов, и при этом такая пища дает силы и чувство насыщения.

Для того чтобы перейти на новый рацион, не нужно делать установки, мучить себя запретами – с перестройкой постепенно уйдет само желание потреблять в пищу жирное, мясное. То же самое касается курения: как правило, через полтора года практики заядлые курильщики избавляются от этого. Исчезает потребность, желание курить, так как оно вызвано чаще всего беспокойством, стрессом.

— Вам не приходилось учить людей, страдающих от наркозависимости?
— В моей практике таких случаев не было, однако я знаком с преподавателями, причем неплохого уровня, у которых были пристрастия к наркомании, и они со временем избавились от этого полностью. Что касается учеников, то у нас таких классов нет, но я знаю, что на Западе и в Индии работают с такими людьми, и в большинстве случаев это дает хорошие результаты.

— Я читала, что душевнобольные тоже могут заниматься йогой. Но ведь йога – работа в том числе и над сознанием, а у таких людей оно особое. Как же это происходит?
— Если преподаватель не очень опытный и преподает в большом людном классе – как правило, такие занятия проходят в фитнес-центрах – то с душевнобольными лучше не работать, так как их контролировать очень тяжело. Если класс небольшой, и у преподавателя есть ассистент, то с таким человеком работать можно. Я видел подобное в Индии.

Конечно, все зависит от степени заболевания, поэтому прежде чем приступать к практике, лучше посоветоваться с врачом. Вообще, если у человека есть такие реактивные состояния, как шизофрения, серьезная, застарелая, то от занятий йогой лучше отказаться.

Алсу Иркабаева